В Петербурге за последние два десятилетия появилось немало новых общественных пространств в некогда заброшенных зданиях. Так выглядит ревитализация (re — возобновление, vita — жизнь), иначе говоря, облагораживание – подобные локации оживают за счет новой функции; запустелый и медленно разваливающийся завод покупают и ремонтируют под офис или кластер. И вот уже местных маргиналов сменяют довольные хипстеры, арендаторы коворкингов и в целом приличная публика.
Ревитализация часто является одним из рычагов джентрификации (от французского genterie — высокородный), когда состоятельные новые жители вытесняют из района или местности менее обеспеченных – люди вынуждены менять место жительства из-за роста цен на аренду и недвижимость.
Некоторые урбанисты сходятся во мнении, что возрождение ранее заброшенных локаций – неизбежно, и в целом положительно влияет на сам город. Так повышается концентрация в отдельных районах людей со схожими ценностями и достатком.
Другие же эксперты негативно относятся к джентрификации, и стремятся создавать проекты, призванные менять местность таким образом, чтобы улучшения не проводили к оттоку прежних жителей районов: новая инфраструктура прежде всего должна улучшать жизнь местных, в том числе и более социально незащищенных слоев населения, а не вынуждать их переезжать.
Приводит ли облагораживание в Петербурге к появлению однородно богатых районов и какие пространства меняют к город к лучшему – рассказывает петербургский экскурсовод Дмитрий Березин.
Вытесняют ли богатые бедных из города?
В Петербурге джентрификация выражена не так ярко. Один из примеров – Петровский остров – бывшая промзона, превращённая за последние 10 лет в элитный квартал с яхт-клубом в конце острова. В какой-то степени Московский район – в советское время он был застроен сталинками, которые сейчас воспринимаются как элитное жильё – и уже в наше время застраивается домами комфорт- и бизнес-класса.
Намёк на облагораживание переживает Приморский район. Некогда окраина с редкими брежневками после утверждения «Лахты», открытия Яхтенного моста и станции «Беговая» превратилась в комфортный район с видом на залив.
Как используют руинированные места в Петербурге: общественные пространства и креативные кластеры
Зато примеров ревитализации – масса. Советский союз оставил России наследство в виде заводов, которые в 90% случаев были проданы или запущены до состояния руин. Десятки тысяч квадратных метров простаивали без дела, пока не появились первые попытки их переосмыслить. К таким можно отнести «Лофт-проект Этажи» (2007), «Ткачи» (2010) и Новую Голландию (2011).
Все нынешние кластеры - бывшие заводы и / или дома, непригодные для жизни. После воскрешения их можно разделить на два типа: взаимодействующие с городской средой – и нет. К первым относятся Новая Голландия, Никольские ряды и Севкабель порт. Ко вторым - Бертгольд Центр, «Линии», «Третье место», «Голицын Лофт». В чём разница? Влияние.
Севкабель порт, Новая Голландия и Никольские ряды: локации, меняющие Петербург
В Новую Голландию или Севкабель люди приходят не только перекусить или на выставку. В этих кластерах приятно и просто посидеть на скамейке, погулять по территории. Они организовывают не только собственное пространство – они влияют ещё и на окружающую среду. Изнутри наружу.
Район вокруг Новой Голландии ещё в 2000-ых выглядел угнетающе. Облупившаяся штукатурка и огромный остров разваливающихся складов в центре. Сейчас – Голландия главная точка притяжения района, наравне с Мариинским театром. Туда можно прийти с детьми (самая известная площадка для детей – в виде корабля), можно почитать книгу сидя на скамье с видом на каналы. И, что особо важно при ревитализации, сохранён внешний вид ансамбля зданий острова: он не выбивается из дореволюционной застройки, а дополняет ее и украшает.
Соответственно, когда в районе возникает культурный центр притяжения, растёт рентабельность района – что исключает приток малоимущих и маргинальных горожан. Джентрификация, как она есть.
То же самое можно сказать о Никольских рядах и Севкабеле. Никольские, дополнив внутреннее пространство обзорной башней, ещё и создали туристический объект, опять-таки поднимая интерес к своему району (Коломне). Севкабель – открыл для жителей одну из недоступных во времена завода набережных и дал острову
сразу две концертные площадки – Roof place и Морзе. Это весомый бонус – до них концерты на Васильевском острове проходили в рок-клубе «Там-там» который закрылся ещё в 1996-ом.
Неприметные и «замкнутые» в себе: почему некоторые пространства – для одноразового посещения
Что касается пространств вроде «Бертгольд Центра», «Линий», «Люмьер-холла» – они не меняют среду вокруг. Почему? Они замкнуты в себе.
Неосведомлённый пешеход ни за что не догадается, что за стеной невзрачного трёхэтажного дома кроется огромный, живой флигель с кластером «Бертгольд Центр» – его просто не видно с улицы! Пешеход вряд ли забредёт в район Обводного канала – историческую промзону – где в двух газгольдерах прячутся Планетарий №1 и «Люмьер-холл».
Такие пространства ориентированы на офисы, кафе, выставки. Они воспринимаются как разовое развлечение или рабочее место и не вызывают желания посещать их часто.
Спорным примером является лофт «Этажи». У Лиговского проспекта слава гетто – но с момента открытия «Этажей», многие стали ассоциировать Лиговку именно с кластером, как с единственной стоящей внимания точкой притяжения. Кроме того, «Этажи» первыми в городе дали возможность молодым опробовать себя в бизнесе, устроив коммерческие площадки под аренду в виде контейнеров (это намного дешевле, чем арендовать помещение внутри дома или ТЦ).
С другой стороны, для ряда горожан неформальная часть завсегдатаев «Этажей» лишь подчёркивает маргинальную славу Лиговки – а район вокруг лофта остаётся в плачевном состоянии. Впрочем, эстетика разрушающегося тоже находит отклик у современников.
Какие еще позитивные изменения происходят в Петербурге
Хорошая новость – город меняется. Помимо ориентированных на ренту, появляются городские пространства, как набережная Карповки или площадка с качелями за Газпром-ареной.
То же самое можно сказать и про застройщиков. В 2021 году все больше девелоперов приходят к тому, что недостаточно построить дом – нужно организовать и пространство вокруг него. С пешеходными дорожками, площадками и парковками. И делать всё это сохраняя исторические детали, если таковые есть. Любимые примеры – водонапорная башня во дворе ЖК «Дом на излучине Невы» и газгольдер, оборудованный под паркинг на 89 мест на Заозёрной улице.
Медленно и верно джентрификация работает на благо города.
Автор – Дмитрий Березин
Фотографии: shutterstock.com; rbi.ru; depositphotos.com, stock.adobe.com